Про Баню.

Про Баню и солдат.

Той осенью, редкой по своей теплоте для Сибири, идя утром в училище, смотря на жёлтые листья в лужах, вспоминая с улыбкой поступление в институт и причину нежелания учиться в нем, я совсем не думал, что ровно через год буду стоять у сурового казенного дома, у гарнизонной бани, в полном отчаянии. Тогда я шёл в училище, как многие молодые люди нашего города, не поступившие в институт или просто занять чем-то время до армии. Одним словом, редко, кто шёл в училище за профессией, по желанию, просто так проще занять время жизни. И вот эта тёплая для Сибири осень, так похожая на весну, свела двух людей вместе, резко нос к носу, открывая дверь в училище, я столкнулся с ней. И стоя через год, в холодный вечер, под ледяным ветром из Монголии, у дверей бани, я вспоминал её зелёные и раскосые глаза, широкие скулы, тепло и силу руки, что остановила меня, тепло её руки я чувствовал тогда на своей груди. Она была типичный "гуран", коренной житель Забайкалье, рождённый от крепкого замеса кровей бурятов, эвенков и казаков первооткрывателей Сибири.

Каким был этот учебный год, какими были наши встречи и к чему привели, это может потом расскажу, сейчас даже спустя три десятка лет это очень сложная и тревожная история. А привела та встреча, к гарнизонной бане города Нерчинска. О этот старинный город Нерчинск, суровая окраина царской империи, оплот русской границы. И конечно каторга. И весьма неприятные погоды, холодно зимой и жарко летом. Конец советского союза, а в городе Нерчинске, все как в царские времена.

Даже воду по домам возят в бочках.

Скучно, убого, серо, рушатся старые здание былой жизни богатых купцов. Чехов бывал в городе, пара декабристов и как-то революционер были здесь на каторге. Все помнят Ваську медвежатника, что положил охрану голыми руками и ушёл в Монголию степями. Кончается всё, и закончилась и та тёплая сибирская осень, за ней зима и весна, полные её зелёных глаз и тёплых рук. Мне 18 лет, я в Нерчинске, живу один в позаброшенном доме, даже не дом, комната с печкой. И как всякий молодой человек познавший крах любви, нахожусь в крайне депрессивном состоянии. За грязным окном, серое небо, серая дорога по ней серая старуха тащит свою серую жизнь.

Холодно. Холодно внутри. Полный смятения и странного желания уйти хоть куда, выхожу в серый вечер, иду против ветра, и упёрся прямо в баню. Ровно год прошёл, от того момента, когда мы встретились, и теперь точка, и эта точка баня. Совсем не знаешь куда приведёт жизнь. Слышу топот ног, молодые весёлые голоса, солдатиков ведут в баню, открылись ворота, и меня движением молодых тел моих ровесников увлекло с собой. Они смеются, пахнут кирзой и мокрой шерстью от шинелей. Говорят со мной, и радостью и жизнью, наполняют меня, и я иду вместе с ними в предбанник, получаю мыло и полотенце, и только сейчас меня заметил старший чин, совершенно дико смотрит на меня голого и с неуставной причёской, длинные волосы до плеч. Его потихоньку охватывают разные чувства, а мои слова "я только в баню с вами, а в армию не пойду" приводят его в весёлое состояние духа.

И вечер становится сказочно тёплым и весёлым, где сейчас найти такой запах мыла, такие жёсткие полотенца, такую весёлую голую компанию, а рассказав им свою любовную драму, нашли её совсем не драмой, а больше комедией. Это был лучший рассказ голого актёра перед голой публикой.

И старший чин, взрослый мужчина, лет тридцати, из одежды лишь усы и татуировка, сказал, нет тебе в армию нельзя.

Выйдя на улицу, под холодный осенний ветер, я по-прежнему чувствовал прикосновения её руки к своей груди, что случилось такой уже далекой осенью, но теперь это прикосновение не тревожило меня, не заставляло смеяться и плакать, как год назад, это тёплое чувство грусти, это воспоминание о подарке, что случился осенью и длился целый год.

Мимо шли свежевымытые солдатики, пахли мылом, кирзой и мокрой шерстью от шинелей.

Просмотров: 2Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все